Это конспект 4-х часового интервью Павла Дурова и Lex Fridman от 30 сентября 2025 года. Рубрика «Монетизация личности» на данном блоге — это не совсем про деньги. А больше про то, как стать личностью на миллион. Чтобы потом получить все остальное.
Павел Дуров — основатель Telegram, мессенджера с более чем миллиардом пользователей. Вся его жизнь — это непрерывная борьба за свободу слова и право людей на приватное общение, свободное от слежки и цензуры. Эта борьба стоила ему многого: давление со стороны самых влиятельных правительств мира, арест во Франции, угрозы жизни. Но он ни разу не поступился своими принципами. Этот разговор — о свободе, технологиях, человеческой природе, стоицизме и о том, как один человек может противостоять целым государственным машинам.
Содержание
- Ранний опыт свободы: из СССР в Италию
- Свобода важнее денег: как не дать себя купить
- Стоицизм как образ жизни: воздержание от всего, что вызывает привыкание
- Отказ от телефона и соцсетей: защита разума от манипуляций
- Самодисциплина как главная мышца
- Конкуренция и мастерство: отличаться, чтобы преуспеть
- Путь программиста: от видеоигр к ВКонтакте
- Давление властей и уход из России: рождение Telegram
- Telegram: маленькая команда, огромные инновации
- Дизайн и магические детали
- Найм через соревнования: конкуренция как фильтр качества
- Шифрование и приватность: непоколебимые принципы
- Арест во Франции: кафкианский кошмар
- Давление французской разведки: Румыния и Молдова
- Покушение на жизнь: отравление в 2018 году
- Блокировки Telegram в России и Иране: цифровое сопротивление
- Пропаганда и атаки со всех сторон
- Монетизация без компромиссов: как Telegram стал прибыльным
- TON и криптоэкосистема
- Биткоин и криптовалюты: финансирование свободы
- Европа и предпринимательство: удушающая бюрократия
- Отец, семья и уроки жизни
- Мышиный рай и опасность изобилия
- Сила разума и материализация мыслей
- Что дальше: интеграция в жизнь
Ранний опыт свободы: из СССР в Италию
Формирование мировоззрения Павла началось очень рано. В четыре года его семья переехала из Советского Союза на север Италии. Этот переезд стал первым глубоким опытом осознания разницы между обществом со свободой и без нее. Даже пятилетний ребенок мог увидеть очевидное: в Советском Союзе не было доступа к разнообразию игрушек, мороженого, мультфильмов — всего того, что было доступно в Италии. Но со временем пришло понимание еще более важного: без свободы ты не можешь внести свой вклад в это изобилие. Нельзя создавать, нельзя реализовывать идеи, нельзя быть тем, кем хочешь быть.
Этот детский опыт заложил фундамент всей последующей философии. Свобода — это не абстракция, не красивое слово. Это конкретная возможность творить, выбирать, говорить, жить. И за эту возможность стоит бороться.
Свобода важнее денег: как не дать себя купить
Павел сформулировал для себя жесткий принцип: «Свобода важнее денег». Но как удается не дать этим ценностям быть испорченными деньгами, влиятельными людьми и властью? Ответ прост и сложен одновременно: главные враги свободы — это страх и жадность. Нужно убедиться, что они тебе не мешают.
Павел использует стоическую практику: представить себе худшее, что может с тобой случиться, и смириться с этим. В худшем случае — смерть. Если ты принял эту возможность, то больше бояться нечего. Ты стоишь на своем, помня, что жить нужно в соответствии со своими принципами, даже если такая жизнь окажется короче, чем долгая жизнь в рабстве.
Павел признается, что приходится идти против инстинкта самосохранения, и это нелегко. Мы все биологические существа, запрограммированные бояться смерти. Но рационально нужно напоминать себе: ты живешь, а потом умираешь. В твоей жизни нет такого явления как смерть — умирая, ты просто перестаешь ощущать. Поэтому нет смысла прожить жизнь в постоянном страхе смерти. Гораздо приятнее забыть об этом и жить так, чтобы стать невосприимчивым к этому страху, но в то же время помнить, что смерть существует, чтобы каждый день имел значение.
Стоицизм как образ жизни: воздержание от всего, что вызывает привыкание
Павел ведет аскетичный образ жизни: никакого алкоголя, табака, кофе, таблеток, наркотиков. Более двадцати лет полного воздержания. Его философия проста: кратковременное удовольствие не стоит твоего будущего.
Алкоголь. В одиннадцать лет учитель биохимии дал ему книгу «Иллюзия рая», где описывались биологические и химические процессы, происходящие в организме при употреблении различных веществ. Оказалось, что когда пьешь алкоголь, клетки мозга буквально парализуются, становятся зомби. На следующий день некоторые клетки мозга отмирают и больше не восстанавливаются. Если мозг — твой самый ценный инструмент на пути к успеху и счастью, зачем его разрушать мимолетным удовольствием? Это звучит абсурдно.
Для тех, кто думает бросить пить, Павел дает простой совет: во-первых, не бойтесь быть не такими, как все, устанавливайте свои правила. Во-вторых, если чувствуете, что нужно выпить, значит, есть какая-то проблема, которую вы пытаетесь скрыть — страх, с которым не готовы столкнуться. Нужно разобраться с этим страхом напрямую. Люди часто пытаются залить свои проблемы алкоголем, но алкоголь — это духовное обезболивающее, действие которого временное, а счет за него приходит с процентами.
Павел никогда не боялся говорить «нет» на вечеринках. Мы, люди, легко поддаемся тому, что воспринимаем как мнение большинства, потому что миллионы лет назад никто не хотел быть изгоем племени — это означало голодную смерть. Нужно сознательно бороться с этим стремлением соглашаться со всем подряд. Страх быть белой вороной — иррациональный. Двадцать тысяч лет назад он был оправдан, но сейчас бессмыслен. Если делать то же самое, что и все вокруг, ты не получишь никакого преимущества и выдающимся человеком не станешь.
Сахар и диета. Никакого рафинированного сахара, фастфуда, газировки. Сахар вызывает привыкание — чем больше ешь сладкого, тем больше хочется. Интервальное голодание (есть только в течение шести часов в день) привносит структурированность и помогает избавиться от тяги к сладкому. Павел перестал есть красное мясо двадцать лет назад — ощущал тяжесть после него. Основной рацион: морепродукты и овощи.
Таблетки и фармацевтика. Павел избегает любых таблеток. Его логика: если болит голова, таблетка заглушает боль, но не устраняет первопричину. Нужно спросить себя: что вызывает головную боль? Может, нужно попить воды? Плохой воздух? Недостаток сна? Стресс от окружающих? У головной боли должна быть причина. Принимая таблетку, ты эту причину не убираешь, делаешь только хуже, потому что вредный фактор все еще присутствует.
Это как в вертолете: начинают мигать красные лампочки, раздаются плохие звуки. Ты попытаешься понять причину и устранить ее, а не просто стукнуть молотком по датчику. Почему же с собственным организмом мы поступаем иначе? Потому что все так делают, потому что целая индустрия убеждает нас, что это нормально. У производителей таблеток неправильная мотивация — им выгоднее, чтобы ты был зависим от таблеток и без конца их покупал.
Отказ от телефона и соцсетей: защита разума от манипуляций
Павел почти не пользуется телефоном, разве что для тестирования функций Telegram. Философия проста: он хочет сам решать, что важно в его жизни, не хочет, чтобы другие люди, компании, организации диктовали ему, что сегодня важно и о чем стоит думать. Телефон этому только мешает — он отвлекает, диктует, на что смотреть, чем заниматься.
Павел ненавидит, когда его отвлекают. Его телефон всегда был в авиарежиме или на беззвучном. Он хочет покоя в голове и сам решать, что впускать в свой разум. Так он может внести свой вклад в развитие общества, и так он более счастлив.
Он пытается выделить как можно больше времени на сон — 11-12 часов. Но даже если он не спит все это время, он просто лежит в кровати и думает. Многие ненавидят это, говорят: «Прими снотворное». Но Павел не принимает таблетки. Ему нравятся эти моменты. Ему в голову приходит столько блестящих идей поздно вечером или рано утром. Это его любимое время суток.
Если первым делом с утра хватаешься за телефон, то превращаешься в существо, которому диктуют, о чем думать весь оставшийся день. То же самое происходит, если читаешь новости в соцсетях допоздна. Как тогда понять, что действительно важно и кем ты хочешь стать в жизни?
Павел старается по максимуму избегать гаджетов по утрам — побыть в тишине и подумать, плюс делает безумные отжимания и приседания. Каждое утро триста отжиманий и триста приседаний, плюс тренажерный зал пять-шесть раз в неделю, от часа до двух каждый день.
Самодисциплина как главная мышца
Отжимания и приседания — это не столько про изменение тела, сколько про тренировку дисциплины. С утра совсем не хочется отжиматься, приседания скучные, но ты перебарываешь себя, и потом гораздо легче начать делать что-то другое, связанное с работой. Ледяная ванна — тоже упражнение в самодисциплине.
Главная мышца, которую нужно тренировать, — это мышца самодисциплины. Не бицепсы, не грудь. Натренировав самодисциплину, все остальное приложится само собой. Все остальное становится легко.
Павел обожает баню — экстремальную разновидность сауны с максимальным жаром, травами, вениками. Обязательная часть — окунуться в холодную воду, а потом обратно. В моменте это не всегда приятно, но это проходит за пару минут. Потом прекрасное самочувствие на часы и дни, и главное — долгосрочная польза для здоровья. Это как алкоголь, только наоборот. Алкоголь дает короткое удовольствие на час-два, но потом ты расплачиваешься долгосрочными негативными последствиями.
Павел много плавает — часами. Самый длинный заплыв был в Финляндии, пять с половиной часов в холодной воде. Немного заблудился, еле нашел дорогу обратно, но потом чувствовал себя замечательно. Плавание учит невероятному терпению, необходимому, чтобы чего-то добиться в жизни. Твой ум проясняется, мыслительный процесс становится эффективнее.
Дело не только в том, чтобы оставаться здоровым или хорошо выглядеть — это про продуктивность и стрессоустойчивость. Эффективность мозга ограничена тем, сколько сахара и кислорода сердце может транспортировать через кровь к мозгу. Физическая активность — единственный известный способ ускорить этот процесс.
Конкуренция и мастерство: отличаться, чтобы преуспеть
Чтобы внести свой вклад в общество или экономику страны, ты должен делать что-то ценное. Если ты делаешь то же, что и все остальные, где ценность? Конечно, легче сказать, чем делать что-то, чем никто другой не занимается. Мы окружены информацией, которая заставляет нас копировать то, что мы видим.
Крайне важно фильтровать свои источники информации, чтобы не стать заложником ленты новостей, выстроенной алгоритмами ИИ. Нужно быть проактивным, целенаправленно ставить перед собой задачу, выбирать область для исследования, активно искать информацию, чтобы однажды стать экспертом номер один в этой области. И это не так уж сложно — просто нужно быть последовательным.
Все остальные читают одни и те же новости и обсуждают их каждый день. У них нет никакого конкурентного преимущества. Большинство населения становится рабами систем рекомендаций, управляемых ИИ. Всем скармливают один и тот же контент, и мы все становимся одинаковыми.
Павел верит в конкуренцию как двигатель прогресса. В его экспериментальной школе в Санкт-Петербурге, куда он поступил в одиннадцать лет, программа была невероятно обширной: минимум четыре иностранных языка (латынь, английский, французский, немецкий, плюс древнегреческий на выбор), биохимия, психоанализ, эволюционная психология. Отличником стать было невозможно — даже пытаться считалось безумием.
Это был эксперимент: попытаться загрузить как можно больше информации в мозг подростка, с упором на математику и иностранные языки. Павел понял важную вещь: количество сотрудников не переходит в качество продукта. Конкуренция важна. Это ключ, мотивирующий многих подростков. Если убрать конкуренцию из системы образования, дети начнут соревноваться где-то еще, например, в видеоиграх.
Тренд во многих странах — избавиться от публичной системы оценок, рейтингов, чтобы не причинить детям стресс. Но в результате дети теряют интерес. Нет проигравших, но и победителей тоже нет. А гиперопека ведет к тому, что они вырастают не готовыми к реальной жизни, где постоянная жесткая конкуренция. В итоге — высокий уровень самоубийств, безработицы.
Путь программиста: от видеоигр к ВКонтакте
Павел начал кодить в десять лет. Интернета не было, но нравились видеоигры. Их было мало, и эта нехватка заставила начать создавать игры самому. Дефицит рождает творчество. Много тех, кто любит кодить, — выходцы из Советского Союза и стран, где не было доступа к современным технологиям и развлечениям.
Брат Николай иногда направлял его. Например, когда Павел делал пошаговую стратегию и она работала не очень плавно, брат помог оптимизировать. Павел делал игры для одноклассников — крестики-нолики на бесконечном поле, пять в ряд. Одноклассники обожали игру. Павел хотел всегда выигрывать, но как? Нужен соперник сильнее. Он написал игру, чтобы играть против компьютера, который просчитывал на четыре хода вперед, но и с ним Павел выигрывал. Брат улучшил алгоритм, и в итоге Павел научился всегда выигрывать даже у компьютера. Потом в школе на переменах играл с одноклассниками, но вскоре всем это наскучило. Он убил игру.
В СПбГУ учиться было скучно, все слишком просто. Павел создал сайт для студентов своего факультета, организовал процесс оцифровки ответов на экзамены и лекций. Это было совершенно уникально 25 лет назад. Запустил сайт с форумом, через пару лет расширил на весь университет со всеми факультетами, потом на другие вузы. Десятки тысяч пользователей. Появились социальные функции: списки друзей, фотоальбомы, профили, блоги.
Один из бывших одноклассников, закончивший американский университет, показал ему Facebook. Павел подумал: «У меня есть такие технологии, но полезно знать, от чего нужно избавиться, чтобы масштабироваться и привлечь миллионы пользователей». Многие не понимают, что порой, чтобы двигаться вперед и быть успешным, нужно от чего-то избавляться, даже технологий. Убирать функции — суперважно для упрощения, масштабирования и привлечения пользователей.
Павел запустил сайт «ВКонтакте» (VK) в 2006 году. Хотел решить свою проблему — поддерживать связь с бывшими однокурсниками и, конечно, знакомиться с симпатичными девушками. Начал строить все с нуля, не используя сторонние библиотеки и модули. Хотел, чтобы все было максимально эффективно. Брат дал лучший совет в жизни Павла: «Просто сделай модуль авторизации пользователей». Когда видишь, что можно ввести пароль и почту — и ты внутри, тебя приветствуют по имени, сразу понимаешь, куда двигаться дальше.
Почти весь первый год Павел был единственным сотрудником компании: бэкенд-разработчик, фронтенд-разработчик, дизайнер, служба поддержки, маркетолог. Это был бесценный опыт, давший понимание каждого аспекта таких платформ. И осознание возможностей одного человека.
Когда у ВК стало больше миллиона пользователей и больше дюжины серверов, справляться без помощи брата стало невозможно, особенно с DDoS-атаками. Интересно, что каждый раз в день переговоров о покупке доли ВК DDoS-атаки усиливались. Так Павел познакомился с недоброжелателями — DDoS, бизнесом, политикой, геополитикой.
Когда брат вернулся из Германии в 2008-м, они переписали значительную часть движка на C и C++. Получилось очень эффективно. В какой-то момент сайтов, которые грузились быстрее ВК, было очень мало. В 2009 году в Кремниевой долине все спрашивали: «Как так, даже здесь ВК грузится быстрее, чем Facebook? Все появляется мгновенно. В чем секрет?»
Для Павла всегда была важна минимальная задержка. Telegram этим славится — даже с паршивым интернетом он работает и очень быстро. Если код работает быстрее, значит, нужно меньше вычислений. Нет никаких минусов в том, чтобы делать все быстрее. Telegram использует больше миллиарда человек, открывая его десятки раз в день. Представьте задержку в полсекунды, умноженную на это. Века, потерянные человечеством без причины, просто из-за небрежности.
Небрежный разработчик обходится очень дорого. Он может заложить неэффективность, а остальные и знать не будут. Нужно постоянно спрашивать себя: «Можно ли еще эффективнее? Можно ли это еще проще?» Это одна из самых прекрасных сторон и форм искусства программирования.
Давление властей и уход из России: рождение Telegram
В декабре 2011 года на улицах Москвы были огромные протесты, выражавшие недоверие к честности результатов выборов в Госдуму. Правительство потребовало, чтобы Павел удалил оппозиционные группы Навального из ВК, которые использовались для организации протеста. Павел публично отказался. Он высмеял прокурора, выложив скан требования, а рядом — фото собаки в капюшоне с высунутым языком. Это был его официальный ответ.
Потом к нему пришли вооруженные полицейские, пытаясь вломиться в квартиру. Павел спросил себя: «Правильно ли я сделал?» И решил, что сделал правильный выбор. Он понял, что его, скорее всего, посадят. И решил: «Объявлю голодовку до смерти». Но еще он понял, что нет способа безопасного общения. Нужно сказать брату, что происходит, но как? Чтобы его не подставить. В 2011-м WhatsApp уже был, но шифрования было ноль. Сообщения передавались открытым текстом.
Павел сказал себе, что если переживет это, то точно запустит защищенный мессенджер. Как-то все обошлось. Его вызвали к прокурору, задали пару глупых вопросов. Но это было начало конца. Стало ясно, что ему ни за что не дадут управлять ВК так, как он хотел. Он собрал рюкзак, переехал в отель, понимая, что в любой день может покинуть страну. Начал проектировать Telegram и собирать команду. Его дни в России были сочтены.
В 2013 году Telegram был запущен. Павел уже понимал всю серьезность проблемы с приватностью, которую осветил Эдвард Сноуден. Они создавали продукт, который уже был очень безопасен, но хотели сделать так, чтобы даже они не могли получить доступ к сообщениям. Telegram стал open-source с 2013 года, все приложения с открытым кодом на GitHub. Добавили сквозное шифрование в секретные чаты — WhatsApp скопировал это через год и три месяца.
Telegram: маленькая команда, огромные инновации
Ядро команды разработчиков Telegram — человек сорок: бэкенд, фронтенд, дизайнеры, сисадмины. Философия управления проста: количество сотрудников не переходит в качество продукта. Часто все наоборот. Если людей слишком много, им приходится постоянно координировать свои действия, 90% времени уходит на согласование. Другая проблема — некоторым не хватает работы, они демотивируют остальных, начинают искать себе занятие внутри команды, выискивать несуществующие проблемы.
Когда намеренно не позволяешь нанимать больше людей, им приходится автоматизировать процессы. У Telegram десятки тысяч серверов по всему миру, почти сто тысяч, распределенных по нескольким континентам и дата-центрам. Если пытаться управлять такой системой вручную, придется нанять тысячи, десятки тысяч людей. Но если полагаешься на алгоритмы, система становится гораздо масштабируемее, эффективнее и надежнее.
Павел может требовать от сотрудников амбициозных сроков, потому что сам создал первую версию ВК за две недели. Если кто-то говорит: «Мне нужно на это три недели», он отвечает: «Зачем тебе три? Это можно сделать за три дня». Telegram движется очень быстро, каждый месяц внедряя важные функции, обгоняя всех в индустрии.
Весь программный стек в Telegram написан с нуля. Это делает систему безопаснее — часто open-source инструменты имели уязвимости. Но это невероятно сложно. В команде должны быть исключительные таланты. Язык программирования, который используется на бэкенде для разработки API клиентских приложений, тоже полностью создан командой Telegram.
Дизайн и магические детали
В Telegram много взаимодействующих графических и художественных элементов, которые должны идеально сочетаться. Динамический градиент на фоне каждого чата — большинство людей его даже не замечают, но чувствуют. Есть приятное ощущение, когда читаешь чат. Градиент из четырех цветов, они постоянно смещаются. Павел пересмотрел несколько тысяч вариаций, ведь это очень важное решение.
Когда отправляешь сообщение, поле ввода медленно превращается в само сообщение. Это должно происходить независимо от содержимого. Нужно пройти через бесчисленное множество сценариев и убедиться, что каждый работает идеально, даже если в сообщении 4000 символов, даже на старых устройствах.
Эффект удаления сообщения — когда оно испаряется, распадается на десятки тысяч частиц, как пыль по ветру. Эффект щелчка Таноса. Выглядит здорово, но сделать было крайне сложно, особенно на Android. При этом сообщение должно исчезать, пока сообщения сверху и снизу сдвигаются, заполняя пустоту. Это требует перерисовки всего на экране. Лишь добавляет сложности.
Но когда получается, это дарит чувство гордости, потому что никто так не делает. Может, никто и не замечает. Но каждый день десятки миллионов людей удаляют сообщения. Может, это подсознательно их вдохновляет, заставляет сердце радоваться хоть немного, наполняет радостью, поднимает настроение хоть на ноль целых одну тысячную процента. Если мы можем добавить людям какую-то ценность, даже такие тонкие детали, мы обязаны вкладывать в это время.
Стикеры на векторной графике, эмодзи, гифки — все это небольшие произведения искусства. Стикеры весят всего несколько килобайт, иногда максимум 20-30, но это 180 кадров. Плавная анимация, очень приятный опыт. Не нужно ждать, пока загрузится. Это было непросто, до Telegram никто такого не пытался сделать.
Telegram первые, кто позволил людям напрямую владеть своим юзернеймом, их цифровой личностью, с помощью смарт-контрактов и NFT, исключив Telegram из схемы. Telegram не может конфисковать у вас юзернейм. Это невозможно.
Найм через соревнования: конкуренция как фильтр качества
Павел считает, что конкуренция ведет к прогрессу. Если хочешь создать идеальный процесс для отбора самых квалифицированных людей, лучше соревнований нет ничего. Конкурс по кодингу позволяет человеку показать свой скилл, и они просто отбирают лучших. Если данных недостаточно, повторяют конкурс с другой задачей.
В какой-то момент понимаешь: «Этот парень участвовал в десяти наших конкурсах с 16 или 14 лет. Сейчас ему 20 или 21. Он победил в восьми из них. Он реально хорош в JavaScript, Android Java и C++. Почему бы не нанять его?»
Многие из этих людей не работали в большой компании, а это бесценно. В большой компании люди склонны перекладывать ответственность. В Telegram с этим все четко, и конкурсы — максимально близкий опыт к тому, что ждет человека при работе.
В итоге они не просто отберут и наймут лучшего человека, но и выберут лучшее решение задачи, потому что предлагают участникам решать не тривиальную задачу, а что-то ценное, что сэкономит кучу времени на разработку.
У Павла никогда не было проблем продвинуть конкурс и найти нужных людей. И что может быть лучше для сотрудника, чем быть пользователем продукта? Зачем нанимать кого-то с LinkedIn, кто работал в Google, привык получать зарплату ни за что, перекладывать ответственность, зависать на бесконечных совещаниях и имеет смутное представление о Telegram?
Шифрование и приватность: непоколебимые принципы
Telegram спроектирован так, что ни у одного человека, ни у одного сотрудника нет доступа к данным личных сообщений. С 2012 года, когда начали разрабатывать эту архитектуру, вложили кучу сил, чтобы убедиться, что никто не сможет ее взломать.
При попытке получить доступ к любому серверу в любом из дата-центров — все зашифровано. Можно вытащить все жесткие диски и анализировать их — ничего не получить. Все зашифровано так, что расшифровать невозможно. Telegram ни разу не передавал ни одного личного сообщения кому-либо, включая правительства и спецслужбы. Ни разу не было утечек данных из Telegram. Ни личных сообщений, ни списков контактов.
Павел не представляет сценария, при котором будет делиться личными сообщениями с правительствами или спецслужбами. Система спроектирована так, что это невозможно. Пришлось бы ее полностью переделывать, а они этого не сделают, ведь дали обещание пользователям. Они скорее закроют Telegram в какой-то стране.
Без права на приватность люди не могут чувствовать себя свободными и защищенными. Откуда у Павла эта сила, эта бесстрашность говорить «нет» всем, включая могущественные спецслужбы, правительства, влиятельных людей? Отчасти это просто он — такой, какой есть. Он отстаивал себя и свои ценности с детства. У него были проблемы с учителями, потому что указывал на их ошибки прямо на уроках.
Важно напоминать себе, что тебе нечего терять. Они могут думать, что шантажируют чем-то, угрожают, но что они могут сделать? В худшем случае — убить. Но нет смысла жить в страхе. Что касается Telegram, если потеряют один рынок, два рынка или даже почти все — ему все равно. Это не затронет и не повлияет на его образ жизни. Он все так же будет отжиматься.
Павел Дуров владеет ста процентами Telegram. Акционеров нет. Это очень уникально и позволяет работать на основе определенных базовых принципов, в которые все верят. Право на частную жизнь закреплено в конституции большинства западных стран. Но его атакуют почти каждую неделю, часто с благих намерений: «Мы боремся с преступностью, защищаем детей». Но результат один: люди теряют право на приватность, право выражать свои мысли, собираться вместе.
Арест во Франции: кафкианский кошмар
В августе 2024 года Павел прилетел во Францию на пару дней. Дюжина вооруженных полицейских встретила его и попросила пройти с ними. Зачитали список из пятнадцати серьезных преступлений, в которых его обвиняют. Сначала он подумал, что это ошибка. Но потом понял, что все серьезно, и его обвиняют во всевозможных преступлениях, якобы совершенных некоторыми пользователями Telegram.
Это небывалый случай в истории этой планеты. Ни одна страна, даже с авторитарным режимом, не поступала так с лидером техкомпании таких масштабов. Такими действиями страна подрывает экономический рост, отпугивая бизнес и тех-сообщество.
Павла посадили в полицейскую машину. Маленькая камера, без окон, узкая кровать из бетона. Просидел там почти четверо суток. Все это время допрашивали. Павла поразило, насколько ограниченное, полное отсутствие понимания у тех, кто затеял это расследование, о том, как работают технологии, шифрование, соцсети.
В этом есть мрачная поэзия: основатель технологической платформы, где общаются миллиард человек, днями сидит на бетонном полу без подушки, без окон. Франц Кафка писал об абсурдности подобных ситуаций в рассказе «Процесс». Человека арестовывают без внятной причины, и он застревает в судебной системе на очень долго. Никто — ни сам арестованный, ни отдельный представитель системы — не понимает, что происходит. В итоге система ломает человека морально. Таков обратная сторона бюрократии.
Если бы это была попытка решить какую-то проблему, был бы не один способ связаться с Telegram, с Павлом лично, озвучить претензии и решить любую проблему обычным дипломатическим путем, как делают все остальные в мире. Telegram активно борется с вредоносным контентом уже лет десять. Каждый день блокируют около сотни каналов, связанных с жестоким обращением с детьми, пропагандой терроризма. Всего удаляют сотни тысяч единиц контента каждый день.
Но кто-то читает газету и возмущается, потому что прочитал что-то про детскую порнографию — а это такая тема, она будоражит эмоции и рождает действия, не основанные на данных, логике и законах. Это действия на эмоциях, вызванных неточной информацией.
Во Франции есть такая должность — следственный судья. Павел не под судом, идет следствие. Вопросы задает судья, который больше похож на прокурора, но именуется судьей, и это затрудняет апелляцию. Само следствие вообще не должно было начинаться. Это абсурдный и вредный способ решения такой сложной задачи, как регулирование соцсетей.
Павлу долгое время не разрешали покидать Францию, но теперь он может ездить в Дубай. Но запрещено летать куда-либо еще. Он терпелив и не позволит этому ограничению свободы диктовать, что ему делать. Скорее, он удвоит усилия по защите свобод, потому что сам на себе испытал, каково это ощутить отсутствие свободы.
Давление французской разведки: Румыния и Молдова
Когда Павел застрял во Франции, не мог выехать несколько месяцев, ему предложили встретиться с главой внешней разведки. На встрече его попросили осуществить то, что он считает ограничением свободы слова в Румынии. Румыния готовилась к новым президентским выборам. Консервативный кандидат был не тем, кого поддерживало французское правительство. Павла спросили, будет ли он блокировать каналы в Telegram, поддерживающие этого кандидата или выступающие против проевропейских кандидатов.
Павел сказал четко: «Если нет нарушения правил Telegram — нельзя призывать к насилию, но если это мирная демонстрация или дебаты, мы не можем этого сделать. Это политическая цензура. Мы защищали свободу слова во многих странах, включая Азию, Восточную Европу, Средний Восток. Мы не будем заниматься цензурой в Европе, кто бы нас ни просил». Потом он просто раскрыл содержание всего разговора, ведь не подписывал соглашение о неразглашении. Он хочет рассказать миру, что происходит.
Еще раньше, в связи с Молдовой, французская разведка просила заблокировать каких-то каналы. Telegram проверил, пару каналов действительно нарушали правила, и их удалили. Потом прислали еще один список, уже из десятков каналов. Telegram посмотрел и понял, что нет серьезных оснований для блокировки — там люди выражали политические взгляды. Telegram отказался.
Тогда французские спецслужбы дали понять через представителя, что после того как Telegram заблокировал те несколько каналов в Молдове, они связались с судьей-следователем, ведущим расследование против Павла, и замолвили за него словечко. Павел был в недоумении, даже в шоке. Эти два дела никак не связаны. Какое отношение к французскому расследованию имеет Молдова? Возникли серьезные подозрения.
Это была систематическая попытка давления, чтобы цензурировать политические голоса, неугодные французскому правительству. Но стоит отметить: Павел борется за свободу слова как левых, так и правых, без предвзятостей. Он создает платформу, где пока не призывают к насилию, люди из всех слоев общества и всех идеологий могут высказывать свое мнение.
Французское правительство проигрывает эту битву. Чем сильнее на него давят, тем упорнее и непоколебимее он становится. Он не только отказался, но и поведал это всему миру, и продолжит это делать. О каждом случае, когда любое правительство попытается заставить его что-то сделать.
Павел скорее потеряет все, чем сломается под давлением, потому что если поддашься давлению и согласишься с чем-то принципиально неправильным, нарушающим права других людей, то сломаешься изнутри. Станешь лишь оболочкой прежнего «я» в глубоком биологическом и духовном плане. Даже если Telegram исчезнет, ему все равно. Если его посадят в тюрьму лет на двадцать — что кажется нереальным, но представим гипотетически — он лучше умрет там от голода и перезапустит всю игру, чем сделает глупость.
Покушение на жизнь: отравление в 2018 году
Павел никогда не рассказывал об этом публично, не хотел, чтобы люди паниковали, особенно весной 2018-го, когда они работали над блокчейн-проектом TON и привлекали средства. Но это трудно забыть.
Он приехал домой, открыл дверь арендованного таунхауса, где был странный сосед, и тот что-то оставил у двери. Час спустя Павлу стало очень плохо. Боль по всему телу. Он попытался встать и пойти в ванную, но ощутил, что тело стало отказывать. Сначала зрение и слух. Потом стало трудно дышать. Все это сопровождалось очень острой болью — сердце, желудок, все сосуды.
Павел был уверен: «Ну вот и все». Он не мог дышать и ничего не видел. Была сильная боль. Промелькнула мысль: «У меня была хорошая жизнь. Я успел сделать пару дел». Потом он рухнул на пол, но этого не помнит. Очнулся на полу на следующий день. Было светло. Дикая слабость. По всему телу полопались сосуды. Со ним такого никогда не было. Две недели ходить не мог. Решил не рассказывать команде, не хотел их волновать.
Это его напугало? Дорога, по которой он идет? Интересно, что вовсе нет. Он ощутил лишь то, что стал еще свободнее. Это был не первый раз, когда он думал, что умрет. У него был опыт за пару лет до этого, тоже связанный с работой.
После того как переживешь такое, чувствуешь, будто живешь в бонусное время. Что ты как бы уже давно умер, и каждый новый день — это подарок.
Блокировки Telegram в России и Иране: цифровое сопротивление
В 2018 году Telegram стал набирать популярность — где-то 200 миллионов пользователей. Он становился все популярнее в таких странах, как Иран и Россия. В Иране люди применяли Telegram в антиправительственных протестах, у них были огромные каналы для организации протестов. Правительство не смогло справиться и решило заблокировать Telegram.
В России где-то с середины 2017 потребовали, чтобы Telegram передал им ключи шифрования. Они думали, что такие существуют и позволят читать сообщения каждого человека в Telegram. Павел сказал: «Это невозможно. Хотите — блокируйте». Что они и сделали весной 2018-го.
Но Telegram был готов. Придумали технологию, позволявшую ротировать IP-адреса, заменяя их новыми каждый раз, когда цензор блокировал текущие. Все было автоматизировано. У них были миллионы IP-адресов, которые они просто сжигали. Создали движение «Цифровое Сопротивление», где системные администраторы и инженеры по всему миру могли создавать свои прокси-серверы для Telegram.
Цензор сошел с ума. Начали банить огромные подсети IP-адресов, что повлекло ситуацию, когда часть инфраструктуры страны начала отказывать. Люди пытались оплатить покупки в супермаркетах — ничего не работало. Пострадали даже российские соцсети, СМИ, банки.
Самое большое сопротивление Telegram получил от Apple. Apple не разрешала обновлять Telegram в App Store четыре недели, говоря, что они должны сначала прийти к соглашению с Россией. Павел организовал протесты в защиту Telegram, приватности и свободы слова в Москве. Люди запускали бумажные самолетики.
Павел опубликовал заявление, что Apple встала на сторону цензора. Это подхватила The New York Times с фото протестующих, запускающих бумажные самолетики. Apple в статье раскритиковали. Павел ждал: день, два… Пользователи со всего мира столкнулись с проблемами в Telegram из-за новой версии iOS.
Павел сказал команде: «Если к шести вечера — а вроде была пятница — ничего не изменится и Apple не даст нам выпустить новую версию Telegram, давайте забудем российский рынок и идем дальше, ведь остальной мир важнее». Это грустно, но что поделать?
Волшебным образом, за 15 минут до того как Павел собирался удалить Telegram из российского App Store, Apple связались с ними и сказали: «Все в порядке. Ваше обновление одобрено». И они смогли продолжить играть в кошки-мышки с цензорами, обходя блокировки цифровым сопротивлением.
В Иране было иначе. Telegram создал экономический стимул для тех, кто ставил бы прокси-серверы. Любой иранский инженер мог создать прокси-сервер, распространить его адрес среди пользователей в Иране. Каждый, кто подключался через прокси, мог видеть закрепленный чат, рекламу, размещенную там владельцем прокси. Так можно монетизировать свой прокси.
Появился рынок, который привел к тому, что иранцы сами решили свою проблему. Telegram в Иране все еще заблокирован, но есть около 50 миллионов пользователей из этой страны, кто пользуется Telegram. Люди исхитряются.
Пропаганда и атаки со всех сторон
Защищая свободу слова, много друзей не наживешь. Ты неизбежно оказываешься в ситуации, когда приходится защищать свободу оппозиции действующей власти в любой стране, их право высказать свое мнение. Первая инстинктивная реакция любого правительства — сказать: «Нашей оппозиции нельзя доверять и позволять им высказываться, ведь они являются агентами какого-то внешнего геополитического врага, который хочет разрушить нашу страну».
Такой трюк использовал каждый авторитарный режим в истории. Сталинская Россия, нацистская Германия, Китай Мао Цзэдуна… Все они говорили: «Нужно ограничить свободу слова, потому что люди, выдающие себя за оппозицию, на самом деле агенты другой страны. Поэтому забудьте о своих свободах».
Сейчас все чаще видишь подобные попытки в свободных странах. Первая реакция команды президента Макрона, когда им показывают какие-то кадры, видео, где его жена дает ему пощечину, — сказать, что это фейк, русская пропаганда, дезинформация или вмешательство. Потом, когда всплывает больше информации, приходится менять нарратив.
Когда ты управляешь такой платформой, как Telegram, и защищаешь свободу высказывания идей, не совпадающих с основным нарративом, ты оказываешься под перекрестным огнем. Власти заявляют, что ты работаешь на какое-то иностранное враждебное правительство. Они обожают, когда ты защищаешь свободу слова в стране, которая где-то далеко, особенно в геополитическом сопернике. Они похвалят тебя за это, но потом проявится биполярное расстройство, когда ты делаешь то же самое в их стране.
Ты оказываешься в странном положении, когда украинцы говорят, что ты работаешь на русских, а русские — что на украинцев. С этой шизофренией пришлось разбираться. Может, конкуренты запускают слухи, осознав, что не могут конкурировать технологически. Или правительства запускают слухи, пытаясь дискредитировать платформу, чтобы отпугнуть граждан, понимая, что их власть и контроль под угрозой, пока они позволяют работать платформе, продвигающей свободу.
Люди неглупые. Встречая Павла из стран, которые он перечислял, они узнают его на улице здесь, в Дубае, подходят, и они невероятно благодарны и все понимают. Пропаганда будет много что вбивать, но они научились это фильтровать. Они рады, что есть Telegram, ведь так они могут понять, что происходит в мире, получая противоречащие друг другу взгляды от источников, которые друг друга ненавидят, и самим пытаться понять, что же на самом деле правда.
В 2022 году, когда началась война в Украине, Павел мгновенно понял, что обе стороны будут использовать Telegram для распространения пропаганды. Он публично написал, предложив, что, может, стоит приостановить работу всех политических каналов в обеих странах на время войны. Люди из обеих стран возмутились. Ему сказали из Украины и России, что он не должен чрезмерно их опекать и решать за них, к каким источникам информации им должен быть доступ. Они взрослые люди и могут сами принимать такие решения. Они понимают, что вокруг полно пропаганды. Они учатся выявлять эту пропаганду, отличать правду от лжи.
Им нужен голос и место, где можно безопасно делиться мнением.
Монетизация без компромиссов: как Telegram стал прибыльным
Деньги никогда не были главной целью для Павла. Когда он продавал оставшуюся долю ВК, пришлось делать это ниже рыночной цены, так как уезжал из России не совсем без давления. Он реинвестировал подавляющее большинство всего в Telegram. Telegram — это предприятие, которое лично для него убыточно. Он никогда не выводил из Telegram больше, чем вложил, и никогда не продал ни единой акции.
Пришлось внедрять много инноваций, чтобы достичь точки, где вышли в плюс, не прибегая к сомнительной коммерческой деятельности, включающей эксплуатацию личных данных пользователей. Павел отказался от рекламы, основанной на данных пользователей. Единственная реклама, которая есть в Telegram, показывается в каналах и группах и основана на их тематике, а не на личных данных людей.
Telegram запустил премиум-подписки в 2022 году — 4-5 долларов в месяц за дополнительные функции. Сейчас более 15 миллионов платных подписчиков. Это очень значительный регулярный доход — более полумиллиарда долларов в год, и цифра быстро растет. Для этого пришлось многое изобретать. Включили более 50 различных функций в премиум-пакет.
Еще у них есть реклама, но она контекстная, а не таргетированная. Они упускают где-то 80% прибыли, не используя личные данные пользователей. Но они бы никогда не стали использовать данные переписок, список контактов, метаданные, данные об активности.
Много экспериментируют с блокчейн-технологиями. Они первые, кто позволил людям напрямую владеть своим юзернеймом через смарт-контракты и NFT, исключив Telegram из схемы. Telegram не может конфисковать юзернейм — это невозможно.
Процветает платформа мини-приложений. Миллионы разработчиков запускают собственных ботов и приложения. Многие зарабатывают миллионы долларов на платформе Telegram. Telegram предоставляет механизм встроенных покупок от Apple и Google, взимая комиссию 5% с транзакций. Это очень низкая комиссия. Они хотят, чтобы люди преуспевали, создавая инструменты для пользователей.
TON и криптоэкосистема
TON (The Open Network) — это блокчейн-технология, которую начали разрабатывать в 2018-19 годах. Им нужна была блокчейн-платформа, глубоко интегрированная в Telegram, потому что они верят в блокчейн как технологию, дающую свободу. Но Bitcoin и Ethereum были недостаточно масштабируемы, чтобы справиться с нагрузкой сотен миллионов пользователей.
Павел спросил брата: «Можем ли мы создать блокчейн-платформу, которая будет изначально масштабируемой, которая независимо от количества пользователей или транзакций будет делиться на более мелкие части (шард-чейны) и все равно обрабатывать все транзакции?» Брат подумал пару дней и сказал: «Да, это возможно, но непросто».
Им удалось разработать эту технологию, но они не смогли ее выпустить, потому что SEC (Комиссия по ценным бумагам США) была недовольна тем, как проходил сбор средств. Пришлось отказаться, и его подхватило open-source-сообщество. К счастью, поскольку они постоянно проводили конкурсы со сторонними разработчиками, сложилось активное сообщество вокруг TON.
Теперь расшифровывается как The Open Network (прежнее название — Telegram Open Network). Проект запустился без их прямого участия, и сейчас процветает. Все, что они делают, основано на блокчейне и токенизировано: юзернеймы, Telegram-аккаунты — все это основано на TON и его смарт-контрактах.
Это единственный способ для сторонних разработчиков и авторов выводить средства, которые они зарабатывают в программах распределения доходов. С владельцами каналов Telegram делит доходы от рекламы 50 на 50. Еще это единственный способ проводить транзакции в Telegram. При желании купить рекламу в Telegram нужно использовать TON.
Недавно запустили подарки — переосмысленные, социально значимые NFT. Запустили подарки от Снуп Догга. Умудрились продать подарков на 12 миллионов за 30 минут. Получили много запросов от очень известных инфлюенсеров.
Это то, что Telegram переосмыслил — NFT старой школы были социально неактуальны. В Telegram подарок рядом с твоим именем — это твоя цифровая личность. Можно создавать коллекции подарков и хвастаться ими в профиле. Хотели переосмыслить эстетическую часть. Многие NFT уродливы. То, что сделали с подарками Снупа, демонстрирует сочетание искусства и технологии — красивое, эстетически приятное и в то же время очень точное в плане отсылок к биографии артиста.
Биткоин и криптовалюты: финансирование свободы
Павел очень верил в биткоин, почти с самого его появления. Купил свои первые несколько тысяч биткоинов в 2013-м, примерно по 700 долларов. Закинул пару миллионов. Когда биткоин на следующий год упал где-то до 200-300 долларов, многие выражали сочувствие. А он говорил: «Мне все равно. Я не собираюсь его продавать. Я в него верю. Так и должны работать деньги. Биткоин у тебя не конфискуют и не заблокируют на почве политики. Это идеальное средство обмена».
Павел смог финансировать свой образ жизни за счет инвестиций в биткоин. Некоторые думают, что если он может арендовать дорогие апартаменты или летать частными джетами, то это потому что выкачивает деньги из Telegram. Но Telegram — это убыточный проект лично для него. А биткоин — это то, что позволило держаться на плаву.
Павел верит, что настанет момент, когда биткоин будет стоить миллион долларов. Правительства печатают деньги как не в себя. А биткоин никто не печатает. У него предсказуемая инфляция, которая в какой-то момент прекратится. Биткоин — это всерьез и надолго, а вот фиатные валюты — еще посмотрим.
Европа и предпринимательство: удушающая бюрократия
Европейскому обществу нужно определиться, где они хотят остановить постоянно растущий государственный сектор и какими должны быть правильные размеры государства. Сегодня, если взять Францию, государственные расходы — это 58% ВВП. Это, наверное, столько же или больше, чем в конце существования Советского Союза.
Получается дисбаланс, когда гораздо больше людей, представляющих государство, чем людей, кто пытается двигать экономику страны. Сфера стартапов в области соцсетей сильно пострадала. За последние 10 лет во Франции был лишь один классный стартап в этой сфере — соцсеть на основе геолокации. В итоге ее продали Snapchat.
Основатель рассказывал: пока он пытался управлять своей компанией, конкурировать с Facebook, Instagram, Snapchat, на него еще наехали с расследованием, связанным с защитой данных, которое тянулось бесконечно и постепенно высасывало все соки из команды и компании — постоянные допросы и требования раскрыть информацию. В какой-то момент давление пересилило, и он решил: «Я все продаю». В итоге оказалось, что проблемы не было. Расследование закончилось без предъявления обвинений. Но такие расследования имеют свою цену.
Пока общество не осознает цену проектов, компаний и стартапов, не увидевших свет или проданных в США и другие страны на ранней стадии, что это ведет к снижению экономического роста, — ничего не изменится.
Французская общественность, или ее часть, была введена в заблуждение и поверила, что предприниматели — это их враги, какие-то злобные богачи, из-за которых все их проблемы. Что вот если бы заставить богатых делиться нечестно нажитым с остальным населением, то все проблемы волшебным образом решатся.
Но в реальности многие из тех, кто основал компании и у кого горят глаза, жертвуют своей жизнью и благополучием. Работают по 20 часов в день, испытывают огромный стресс, чтобы реализовать свое видение и принести пользу окружающему обществу. Создают рабочие места, создают прекрасные сервисы и продукты. Их нужно ценить.
Но что с ними делает система? Выжимает все соки. Потому что, возможно, нашелся какой-то клерк в налоговой, который решил продвинуться по карьерной лестнице, и компания уничтожена.
Отец, семья и уроки жизни
Павлу невероятно повезло с отцом. Он человек, написавший много книг о Древнем Риме и его литературе, десятки научных работ. Павел всегда помнит его за работой — постоянно печатал свои книги и статьи на печатной машинке в конце 80-х, начале 90-х. Он был неутомим.
Пример, который он подавал Павлу и брату, был бесценен. Некоторые совершают ошибку, думая, что можно привить правильные принципы будущему поколению или своим детям, просто говоря им что-то. Но дети не дураки. Они не верят словам. Они смотрят на поступки.
Отец был очень терпеливым, эмоционально стойким. Он сказал Павлу: «Не стоит подавать дурной пример окружающим тебя людям, и в особенности детям, потому что ты можешь поступить правильно девять раз из десяти, но стоит ошибиться раз, и они тут же это скопируют».
Недавно отец сказал Павлу, что ИИ может иметь сознание, быть креативным, но у него не может быть совести, морали, глубоких принципов и принципиальности в том смысле, в котором мы понимаем это как люди.
Одна из целей Павла в жизни — не разочаровать отца.
У Павла есть биологические дети, зачатые естественным путем. Но также лет 15 назад он решил, что станет донором спермы. Сначала попросил друг, у которого были проблемы со здоровьем. Они не хотели полагаться на анонимный генетический материал. Потом были и другие пары. Павла убедили делать это дальше.
Недавно, работая над завещанием, Павел понял, что не должен делать различий между детьми, естественно зачатыми, и биологическими детьми, которых он никогда не видел. Если они смогут доказать, что у них общее с ним ДНК, то однажды, может, лет через 30, они должны будут иметь право на долю его наследства после смерти.
Павел думает, что избыток отбивает мотивацию и силу воли. Крайне вредно, особенно для мальчиков, расти в среде, где они могут гордиться не своими достижениями, а достижениями или богатством отца. Это лишает стимула развивать собственные навыки, лишает стимула учиться и работать. Если они и получат деньги, то только когда повзрослеют.
Мышиный рай и опасность изобилия
За кадром у Павла и Лекса было много увлекательных философских дискуссий, одна из которых — об эксперименте «мышиный рай», известном как «Вселенная-25». Это эксперимент 1960-х и начала 70-х годов, проведенный этологом Джоном Кэлхуном.
Это был эксперимент с несколькими сотнями отдельных отсеков для мышей. Им дали неограниченное количество еды, воды, мест для гнезд, никаких хищников, стабильную температуру и чистоту. По сути, это изобилие в понимании мышей. Сначала популяция удвоилась и росла очень быстро, но потом настало плато и начались очень негативные социальные явления.
Матери бросали или убивали детенышей, начались жестокие драки и гиперсексуальность. Появились «красивые» мыши — пассивные, не спаривались и не взаимодействовали. Проявились все социальные черты, которые мы считаем негативными для функционирования общества, и все из-за изобилия.
В конце концов наступил коллапс. Рождаемость рухнула, социальная дисфункция перешла в следующее поколение, и они вымерли. Популяция не просто снизилась, она неуклонно падала до нуля, несмотря на то, что ресурсы были в избытке. Последние мыши умерли в окружении нетронутой еды и воды.
Павел отметил: мы эволюционировали, чтобы преодолевать дефицит. Раньше не было такого понятия как бесконечная еда или развлечения. Мы, как вид, похоже, теряем способность находить цель в мире, где у тебя есть все. Ограничения важны, но они должны исходить изнутри — самоограничение, чтобы создавать цель и смысл в жизни.
Павлу очень повезло, парадоксально повезло, потому что он вырос в бедности. В юности у него не было денег. Годами носил одну и ту же куртку, купленную в секонд-хенде. Отец мог месяцами не получать зарплату профессора университета. Маме приходилось иметь две работы. Было нелегко, но это создавало цель, создавало смысл, создавало приоритеты. И позволяло сосредоточиться на важном, позволяло развивать характер и умственные способности.
Мыши пережили необратимый социальный коллапс. Такой эксперимент повторялся бесчисленное количество раз. В какой-то момент социальная дисфункция и размывание социальных ролей становятся заразными, и общество постепенно деградирует в подобие хаотичного скопления индивидов, неспособных позаботиться о следующем поколении или даже произвести его на свет. И общество вымирает.
Мы создаем такую технологию как ИИ, подкидывая будущим поколениям задачку. ИИ вполне может создать изобилие, и тогда мы можем стать как эти мыши. Это может уменьшить страдания в мире и повысить качество жизни, но приближаясь к изобилию, та ткань, что связывает нас, укорененная в биологии и развившаяся в ходе эволюции, может стать для нас вызовом.
Нужно найти баланс между хаосом и порядком, между самоограничением и свободой творчества.
Сила разума и материализация мыслей
Павел верит в силу разума. Есть много объяснений, почему это работает. Большинство сходится в одном: постановка целей, позитивный настрой и уверенность позволяют достичь того, чего ты хочешь. Очень трудно поверить, что можно просто материализовывать вещи, не прикладывая усилий в направлении, которое кажется логичным.
Павлу всегда было проще верить, что если сочетать этот оптимизм и веру с логичными действиями, то тогда успех гарантирован. Длительные усилия и упорный труд в сочетании с позитивным настроем и мыслями о цели — в течение многих, многих дней.
Можно представить наш мир как многомерную вселенную, в которой люди способны перемещаться с помощью силы веры, которая сочетается с позитивными эмоциями и логическим мышлением. Мы не открыли и 1% об этой вселенной. Может, есть способ сфокусированным усилием менять ландшафт вероятностей вокруг.
Фокусируясь на чем-то, мы делаем это более вероятным. Можно представить это как некое поле, которое мы своими мыслями и действиями изменяем. И нас таких восемь миллиардов, вместе этот коллективный разум создает этот мир.
Павел импонирует вера в то, что мы можем все это переживать вместе. Может, каждый из нас проживает свою собственную вселенную, и может, каждую секунду вселенная расщепляется на миллиард разных вселенных, и возможны все варианты. Может, каждый раз умирая, мы на самом деле переходим в параллельную вселенную, где мы живы, и все продолжается. В какой-то момент мы достигаем квантового бессмертия.
Что дальше: интеграция в жизнь
История Павла Дурова — это не просто биография успешного предпринимателя. Это мануал по тому, как жить в соответствии со своими принципами в мире, который постоянно пытается тебя сломать. Вот что можно вынести из этого разговора:
1. Определите свои принципы и не поступайтесь ими. Павел знает, за что он борется — свобода слова, приватность, право людей на свободное общение. И он готов пожертвовать всем ради этих принципов. Какие у вас принципы? Готовы ли вы за них стоять?
2. Тренируйте самодисциплину. Это главная мышца. Отжимания, приседания, ледяная ванна, плавание — это все про самодисциплину. Натренировав ее, все остальное приложится. Начните с малого: 20 отжиманий каждое утро. Не хочется — перебарываете себя. Так вы тренируете волю.
3. Защищайте свой разум от манипуляций. Откажитесь от бездумного скроллинга соцсетей, от новостной ленты, от постоянных уведомлений. Будьте проактивны в выборе информации, которую потребляете. Создайте утренний ритуал без гаджетов — время для размышлений, а не для реактивного потребления контента.
4. Воздержание как сила. Алкоголь, сахар, таблетки — все это временное удовольствие за счет долгосрочного здоровья. Попробуйте месяц без алкоголя. Попробуйте неделю без рафинированного сахара. Почувствуйте разницу. Когда вы побеждаете краткосрочное искушение ради долгосрочной цели, вы становитесь сильнее.
5. Делайте, а не ждите мотивации. Павел говорит: мотивация приходит после действия, а не до него. Не хочется идти в зал — идите. Не хочется писать код — напишите небольшой кусочек. Действие рождает вдохновение.
6. Конкурируйте и стремитесь к мастерству. Найдите нишу, где сможете стать экспертом номер один. Отличайтесь. Не делайте то же, что все. Конкуренция — двигатель прогресса, не избегайте ее.
7. Принимайте смерть. Напоминайте себе о смертности. Это не мрачно — это делает каждый день значимым. Если вы приняли возможность смерти, вам больше нечего бояться.
8. Думайте о первопричинах. Болит голова — не хватайтесь за таблетку. Найдите причину. Устраните ее. Этот принцип применим ко всему: от здоровья до бизнеса.
9. Цените простоту и эффективность. В технологиях, в дизайне, в коде. Убирайте лишнее. Делайте быстрее. Каждая миллисекунда, умноженная на миллиард пользователей, — это века человеческой жизни.
10. Будьте готовы заплатить цену за свободу. Свобода — это не данность. За нее нужно бороться. Она требует жертв. Павел потерял ВК, ушел из России, был арестован, подвергся покушению. Но он не сломался. Потому что свобода для него важнее всего остального.
Книги для углубления:
-
Франц Кафка «Процесс», «Замок», «Превращение» — о бюрократии и абсурде власти
-
Михай Чиксентмихайи «Поток: Психология оптимального переживания»
-
Марк Аврелий «Размышления» — о стоицизме
-
Эпиктет «Беседы» — о стоицизме
-
Джордж Оруэлл «1984», «Скотный двор» — о природе власти
-
Олдос Хаксли «О дивный новый мир»
-
Джон Б. Кэлхун — исследования про эксперимент «Вселенная-25»
-
Amy Wrzesniewski и Jane Dutton — исследования по job crafting
Финальная мысль: Павел Дуров — это пример того, что один человек, вооруженный принципами и несгибаемой волей, может противостоять целым государственным машинам. Он не супергерой — он просто человек, который решил жить в соответствии со своими ценностями, чего бы это ни стоило. И благодаря таким людям мы все имеем возможность свободно общаться, выражать свои мысли, быть услышанными.
Свобода слова — это не абстракция. Это конкретная возможность говорить, создавать, быть собой. И за эту возможность стоит благодарить тех, кто рискует всем, чтобы ее защитить. Спасибо, Павел.